В. Пацюков. В поисках утраченного времени

01.09.2008

Автор: [Виталий Пацюков]

Рубрика: Публикации сотрудников ГЦСИ

В связи с выставкой "Новый Ленинград. Архитектура Ленинграда 1920-1930-х годов. Фотографии Владислава Ефимова" (29.08 – 14.09.2008)

Уж до чего шероховато время,

А всё-таки люблю за хвост его ловить...

Осип Мандельштам

Проект «НОВЫЙ ЛЕНИНГРАД» приближает к нам советскую архитектуру 20-30-х годов ушедшего столетия, «мерцающую» своими ностальгическими контурами, своей уникальной «архитектурной цивилизацией», где царствует всемирное братство и равноправие, а искусство свободно растворяется в живой реальности. Оптимистические 80 лет назад и полузабытые сегодня, здания этой архитектуры заставляют задуматься о былом величии утопии, о призрачной близости счастья и его реальных руинах, где прячется идеальное будущее. Его образы живут своей внутренней эволюцией – от эксперимента, где выстраивается попытка обнаружить тождественность исторического пафоса и реальной практики жизни, её материи, до абсолютной формализации революционных «пространственных» идей с последующим переходом к эстетизации и декорированию социалистической «архитектурной» идеологии.

Ленинградская архитектура 1920-30-х годов возникла достаточно внезапно – как период «бури и натиска» и сразу же обретала зрелость, застывая в своих формах. Она продолжала феномен «тесного» функционального русского пространства, но парадоксальным образом хорошо просматривалась сверху. В оптике воздухоплавательных аппаратов её структура претендовала на идеальную конструкцию, способную себя репродуцировать, умножать свои элементы как независимый объект, существующий по законам органической жизни. Собственно, её структура обладала этой возможностью свободной комбинаторики – в ней была заложена изначально формализованная программа, код «игры в бисер», но в котором не были учтены социальные болезни. Генетика этой «идеальной архитектуры», как компьютерная игра, не была защищена от вируса банальных «земных» законов, склонных к деструкции и инфляции.

Социалистические бани и общественные столовые, дворцы культуры и фабрики-кухни, задуманные как идеальные агрегаты для формирования нормированной жизни пролетариата, постепенно утрачивали свою механистическую сакральность. Они подвергались естественным процессам коррозии, обрастали органикой быта, о котором писали Зощенко, Заболоцкий и Хармс.

В конце 1920-х годов модули «НОВОГО ЛЕНИНГРАДА» сохраняли свою первоначальную энергию «прогресса» и революционной актуальности. Они напоминали магические буквы, из которых герой андерсоновской «Снежной королевы» мальчик Кай пытался сложить слово «вечность». Их образы мерцали в чистоте своей дистиллированности, отражая не только солнечный свет, но и лучи лампочки Ильича. Строгие в своих абсолютных пропорциях, аскетичные, согласно уставу социалистической жизни, они несли в себе архетипы платоновского государства и «Города-солнца» Томмазо Кампанеллы, помноженные на «дисциплинарные» фантазии Льва Троцкого. Казалось, что тексты «НОВОГО ЛЕНИНГРАДА» читаются не только его внутренними обитателями, «землянитами», как говорил Казимир Малевич, но и космическими свидетелями, направляющими свой «идеальный» соцзаказ на Землю. Раскрашеная «утвердителями нового искусства», мастерами супрематизма, архитектура «НОВОГО ЛЕНИНГРАДА» открывалась в своих планах и схемах как посадочная площадка для социалистических НЛО, надеясь превратиться и в стартовую, энергетически обращённую в будущее, реализуя идеи Николая Федорова, Константина Циолковского и Владимира Ленина.

История направила свой вектор в иную сторону, распыляя великие смыслы по поверхности Земли, в «отдельно взятой стране». Идеалы превращались в руины, «НОВЫЙ ЛЕНИНГРАД» разрушался, храня в себе уникальную формальную структуру, утопический «механизм», ожидающий очередного витка времени.

Сегодня наступил момент естественно и без пафоса посмотреть на его идеальные контуры, на тот исторический контекст, который он переживал и продолжает переживать. Фотограф Владислав Ефимов блистательно осуществил эту задачу. Его композиции содержат в себе парадоксальные мгновения, растянутые во времени. Они фиксируют гармоническое равновесие идеала и открывают живую историю его разрушения, предлагая совершенно конкретный проект, в котором присутствует универсальная трагедия всех великих империй. Оптика Владислава Ефимова, его органическая точка зрения возвращает культурную память времени, его драматизм и праздничность, его социальную функциональность и бескорыстие чистого искусства, естественно сближая непосредственность документа с полнотой художественного откровения.

2014предыдущий месяцследующий месяц
Instagram
Facebook
Вконтакте
Instagram
Foursquare
Twitter
Теории и Практики
Youtube – Видео лекций
Подписка на еженедельную рассылку
Москва, ул. Зоологическая, 13. +7 (499) 254 06 74  © Государственный центр современного искусcтва. Разработка [artinfo]. Дизайн [Андрея Великанова]