Новые сибирские художники и новая реальность

Выставка

09.12 - 25.12.2016

В.И.Суриков «Охота Царя Михаила Федоровича на медведя». Холст, масло, 1898 и Rise of the Tomb Raider. 2016

3+
Facebook Вконтакте Twitter pinterest google+

Площадка: Выставочный зал Сибирского филиала ГЦСИ-РОСИЗО

Кураторы: Илья Ильдеркин, Наташа Юдина

Современная реальность - это медиа-реальность. В ней накопилось множество новых жанров, которые используются современными художниками от случая к случаю. Молодые сибирские художники ("новые сибирские художники"), постоянно сталкиваясь с новыми устройствами и визуальной продукцией,  решили, что произведения могут быть представлены в виде заставки десктопа компьютера, картинки для мобильного телефона, корпоративной презентации, теленовостей, интернет-баннера, видеоинструкции о безопасности в самолете, капсулы памяти и уж тем более в виде компьютерной игры-"стрелялки", игры-квеста, игры-цивилизации, игры-стратегии, игры-симулятора и множества других игр. Неожиданно обнаружилось, что визуальными предтечами современных компьютерных игр являются произведения передвижников и художников других академических школ. Более того, судя по большинству образов, и в сибирской интерпретации, это скорее игры, действие которых проходит на просторах и далях околосибирской реальности. В ближайшем будущем остается сделать следующий шаг - визуализировать новейшие компьютерные игры, основываясь на произведениях классиков, анимировать как основу для игр "Бурлаков...", "Письмо турецкому султану", "Ночной дозор" и др., т.е. предложить квазиавангардные виртуальные формы существования молодого сибирского искусства, отличные от догматического авангарда.

 

Выставка «Новые сибирские художники и новая реальность»
 
Так уж получается, что рассуждая о каком бы то ни было явлении искусства, будь то отдельная картина или целая экспозиция, ты невольно ставишь перед собой ряд вопросов, часто, к сожалению, риторических, которые как блуждающие огоньки в болтах уводят тебя всё дальше в топь. Согласитесь, если рассматривать этот образ вне контекста, может сложиться впечатление, что это довольно удручающе. Однако мы понимаем, что, когда речь идёт о том, чтобы разобраться в том или ином художественном арт-е-факте, мы не стремимся пройти «болото» насквозь, избирая наименее опасные тропки. Скорее наоборот, наша задача вступить в самый центр этого пространства, позволив ему с каждым шагом всё сильнее и сильнее тебя затягивать– к тому материалу, что лежит в его основе. 
И если с понятием «новые сибирские художники» разобраться можно, то, что такое «новая реальность» утверждать приходится осторожно. С какого момента мы начинаем отсчет, задавая тем самым определенную иерархию ценностей или набор обязательных атрибутов, составляющих то или иное явление этой самой новой реальности? Или речь здесь идет не столько о разных периодах на одной временной шкале, а о возможности сосуществования разных реальностей в один и тот же отрезок? И когда мы говорим о «новой реальности», мы, к примеру, не совершаем перехода от одного направления к другому – от модернизма к постмодернизму или – дальше – к метамодернизму, а вынимаем из одной матрёшки побольше другую поменьше, сохраняющую все черты своей предшественницы, в чьем лоне она зарождалась и развивалась. Мне представляется, что именно в таком ключе можно рассматривать посыл новой выставки ГЦСИ. Молодые художники не создают здесь в прямом значении этого слова (что-то, чего раньше не было), а пересоздают, перекодируют соотношение двух «реальностей» – «новой» - медиа реальности и реальности классического в нашем представлении искусства. 
Думается, что это закономерное «открытие», когда предубеждение к медиа контенту постепенно сходит на нет, потому как проявляются всё новые и новые его возможности. Внезапно оказывается, что создание компьютерной игры – такой же творческий процесс, как и написание книги или рисование картины, только перенесенный в мир двоичных кодов и закономерностей. И, что самое важное, этот процесс не существует параллельно нашей с вами привычной реальности, наоборот, он переплетается и прорастает в нее, как тропический эпифит – растение, ошибочно принимаемое за паразита. Однако эпифиты не вредят своему носителю, они лишь используют его как опору для того, чтобы быть ближе к солнечному свету. «Солнечный свет» в нашем контексте – это внимание и положительная оценка общества к той роли, что отведена медиареальности в наше время. Хочется ли компьютерной программе, чтобы ее похвалили? А вот её создателю,скорее всего, да. 
Как известно, история движется по спирали, и нет ничего удивительного в том, что проблема анонимности автора того или иного произведения вновь становится актуальной и болезненной. Когда мы читаем название компьютерной игры, мы видим за ним лишь бренд известной фирмы, но никак не поименно всю команду разработчиков, графических дизайнеров, сценаристов, того человека, в конце концов, в котором впервые зажглась искра идеи будущего произведения. И если раньше художники и писатели были вынуждены скрывать свои настоящие имена из-за давления института церкви, то теперь их личности подминают под себя многомиллионные корпорации. Разумеется, это происходит не из злого или корыстного умысла, и, конечно, нельзя говорить «все» и «всегда». Речь идёт скорее о тенденции и массовом восприятии зрителя, который не знаком подробно и глубоко с производством современных медиа продуктов. Коллективное творчество тоже создает определенные трудности в идентификации отдельных создателей, ведь зачастую над одним и тем же эпизодом или сюжетной линией, или художественной задачей работает сразу целая творческая группа авторов. Поэтому нельзя сказать, что «открытие» анонимности современных цифровых художников и проблематизация этого вопроса является основной идеей выставки. А если это так, то что же главное?
При первом знакомстве с экспозицией складывается ощущение, что авторы выставки (художники? кураторы?) закладывают лишь небольшой кирпичик в основание фундамента глобальной теоретической идеи, которой в нескором времени еще предстоит быть реализованной на практике. Расположенные в парах, иногда в тройках, эпизоды из компьютерных игр и репродукции произведений известных русских и зарубежных художников различных школ и эпох создают подобным соседством новые логические связи реальности классического в нашем понимании изобразительного искусства и медиа реальности. Но это скорее не утверждение, а предположение, если не вопрос. Возможно ли при создании каждого отдельного сюжетного отрезка вдохновляться работами предшественников? Действительно ли медиа реальность прорастает из нашей, используя артефакты изобразительного искусства, оцифровывая их содержание и, таким образом, даруя фактически реальную вечную жизнь? 
Подборка картин составляет впечатление интуитивности и случайности, немаловажных на первых порах творческого процесса. Хочется объединить представленные на выставке картины общей темой «сибирскости», поскольку большинство «пар» представляют из себя изображения околосибирских пейзажей. Но «Ночной дозор», например, и «Урок анатомии…», симметрично расположенные относительно друг друга (что говорит о смысловом акценте, сделанном на них), выбиваются из этой концепции. Вторичным порядком «осибиренность» выставки напрашивается и при рассмотрении обособленного в своей художественной значимости экспоната – Глобуса, полностью покрытого настоящей медвежьей шкурой. Выполненный в стиле иронического концептуализма, мохнатый шарик гордо возвышается в самом центре выставочного зала, привлекая к себе внимание и сбивая с толку. Действительно, рядом с плазменными телевизорами, на которых воспроизводятся этапы эволюции компьютерных игр, разработчиками которых являются никак не сибирские и даже не российские авторы, глобус смотрится довольно контрастно. О чём он? Сибирь – это целый мир? Или же весь мир – это одна большая, глухая Сибирь?
В русском фольклоре оборотничество – это скорее не агрессивное, а вынужденное действие. Оборачивались зверьми, чтобы защититься, убежать, стать сильнее, ловчее, пересечь границу нашего и потустороннего миров… Если весь мир оборачивается медведем, пытается ли он от чего-то защититься? От распространения «новой реальности», например. Или же это очередная спираль, только с очень сильным изгибом. И мы, отыскивая в новейшем искусстве, еще даже не признанным таковым, крепкие связи с нашей культурой, зайдя в логичный для нынешних темпов развития тупик, возвращаемся к истокам и корням, констатируем очень простую мысль: всё уже создано, остается только талантливое перераспределение акцентов и элементов и, как говаривал классик: «величие замысла». 
 
Текст Юлия КОВАЛЕНКО
 
2014предыдущий месяцследующий месяц
Вконтакте
Facebook
Instagram
Подписка на еженедельную рассылку
© Государственный центр современного искусcтва. Разработка [artinfo]. Дизайн [Андрея Великанова]